Поль Верлен (Paul Verlaine) (1844-1896)
французский поэт-импрессионист, один из основоположников импрессионизма и символизма

• Список стихотворений поэта

Перевод стихотворения
«Les Vaincus»
на русский язык.

Побеждённые

    I

 Так! Идеал погиб, а жизнь триумфы правит,
 И, диким ржанием пронзая даль насквозь,
 Конь победителя там братьев наших давит,
 Грызя, - но гибнуть им хоть ярко довелось.

 Мы  ж, уцелевшие, увы, среди разгрома,
 Понуря голову, потупя тусклый взор,
 В отчаянье, в крови, в грязи, без сил, без дома,
 Глотая стон, влачим бесчестье и позор,

 Бредем по воле тьмы, по прихоти дороги,
 Бредем, подобные убийцам и ворам;
 Нам будущего нет; мы сиры и убоги,
 И наш знакомый лес, пылая, светит нам!

 Ах! Так как жребий наш решен, так как надежде
 Отныне места нет, так как разбиты мы,
 И ярость ни к чему не приведет, как прежде,
 И так как ненависть бесплодно жжет умы, -

 Нам остается лишь, в глубинах ночи черной,
 Смешной  назвав мечту о благости молитв
 Надгробных, - умирать безвестно и покорно,
 Как должно тем, кто смят в дыму последних битв.

    II

 Сиянье слабое трепещет в глуби горней,
 И ветер ледяной, внезапно разъярен,
 В лесу взъерошив лист, рванул цветы на дерне...
 Рассвет! Все возродил холодной лаской он.

 Восток из рыжего стал розов. Звезды нежно
 Затаяли, лазурь в румянце серебря;
 Уже петух поет, страж точный и прилежный,
 И жаворонок взмыл пронзительный: заря!

 Сверкая, выплыл диск: да, это утро! Братья,
 Вот этот пышный блеск и полный счастья мир
 Спугнут тяжелый сон, зажавший нас в объятья,
 И хищных птиц ночных и тварей мерзких пир.

 О, чудо! По сердцам бежит лучистый трепет
 И, вдребезги дробя скорлупы наши, в нас ^
 Желанье страстное высокой смерти лепит,
 И гордость древнюю, и гнев мятежных рас.

 Вперед, вставай! вперед, вперед! вставай!
                                 С нас будет
 И унижений  всех, и сделок, и речей!
 В бой, в бой! Ведь наша кровь, что движет нас
                                        и нудит,
 Дымясь, должна алеть на лезвиях мечей!

    III

 И побежденные твердят в ночи тюремной:
 Они сковали нас, но живы мы еще;
 Пускай мы точно скот согнулись подъяремный,
 Есть в наших жилах кровь и бьется горячо.

 В глазницах быстрые глаза у нас таятся,
 Шпионы  зоркие; за лбом (ночей не жаль)
 Наш мозг работает; а будет нужно драться -
 Вольются челюсти и руки станут - сталь.

 Глупцы трусливые! Своей ошибке рады!
 Но будут каяться! Успеют все постичь:
 Они хлестнули нас бичом своей пощады, -
 Что ж! пощаженные, отплатим мы за бич!

 Они сковали нас. Не для того ль оковы,
 Чтоб их пилить в ночи и черепа дробить
 У стражи? Коль враги все пировать готовы,
 Им будет некогда нас, беглых, изловить!

 Вновь битва. Может быть, победа! Мы кроваво
 Триумф отпразднуем над этими людьми!
 И так как в этот раз восторжествует Право,
 То будет "этот раз" последним, черт возьми!

    IV

 Ведь мертвые (назло преданиям знакомым)
 Вполне мертвы, коль меч свершит свой долг вполне:
 Не в наши дни скакать таинственным фантомом
 Под небом траурным на призрачном коне.

 Ведь миф, не более, Роланд с его кобылой.
 Тот миф разгадывать - бесплодно: не поймем.
 Но если мните вы слукавить над могилой
 И нас разжалобить, - то вы ошиблись в том.

 Вы все умрете, все, от наших рук, все вместе,
 Коль повезет нам, все! Умрете, хныча. Да!
 Тут справедливость, тут святая жажда мести,
 Тут надобность покой дать миру навсегда.

 Земля, что издавна тощала, неустанно
 И долго будет пить, и жадно вашу кровь,
 Чьи испарения, благоухая пряно,
 До туч поднимутся, багря их вновь и вновь.

 И псы, и коршуны, оспаривая долю,
 Обгложут кости вам от ног до головы,
 И посмеемся мы - и посмеемся вволю,
 Вам доказав тогда, что мертвые мертвы!

Les Vaincus

                    À Louis-Xavier de Ricard

I

La Vie est triomphante et l’Idéal est mort,
Et voilà que, criant sa joie au vent qui passe,
Le cheval enivré du vainqueur broie et mord
Nos frères, qui du moins tombèrent avec grâce,

Et nous que la déroute a fait survivre, hélas !
Les pieds meurtris, les yeux troubles, la tête lourde,
Saignants, veules, fangeux, déshonorés et las,
Nous allons, étouffant mal une plainte sourde,

Nous allons, au hasard du soir et du chemin,
Comme les meurtriers et comme les infâmes,
Veufs, orphelins, sans toit, ni fils, ni lendemain,
Aux lueurs des forêts familières en flammes !

Ah, puisque notre sort est bien complet, qu’enfin
L’espoir est aboli, la défaite certaine,
Et que l’effort le plus énorme serait vain,
Et puisque c’en est fait, même de notre haine,

Nous n’avons plus, à l’heure où tombera la nuit,
Abjurant tout risible espoir de funérailles ;
Qu’à nous laisser mourir obscurément, sans bruit,
Comme il sied aux vaincus des suprêmes batailles.

II

Une faible lueur palpite à l’horizon
Et le vent glacial qui s’élève redresse
Le feuillage des bois et les fleurs du gazon ;
C’est l’aube ! tout renaît sous sa froide caresse.

De fauve l’Orient devient rose, et l’argent
Des astres va bleuir dans l’azur qui se dore ;
Le coq chante, veilleur exact et diligent ;
L’alouette a volé stridente : c’est l’aurore !

Éclatant, le soleil surgit : c’est le matin !
Amis, c’est le matin splendide dont la joie
Heurte ainsi notre lourd sommeil, et le festin
Horrible des oiseaux et des bêtes de proie.

Ô prodige ! en nos cœurs le frisson radieux
Met à travers l’éclat subit de nos cuirasses,
Avec un violent désir de mourir mieux,
La colère et l’orgueil anciens des bonnes races.

Allons, debout ! allons, allons ! debout, debout !
Assez comme cela de hontes et de trêves !
Au combat, au combat ! car notre sang qui bout
A besoin de fumer sur la pointe de glaives !

III

Les vaincus se sont dit dans la nuit de leurs geôles :
Ils nous ont enchaînés, mais nous vivons encor.
Tandis que les carcans font ployer nos épaules,
Dans nos veines le sang circule, bon trésor.

Dans nos têtes nos yeux rapides avec ordre
Veillent, fins espions, et derrière nos fronts
Notre cervelle pense, et s’il faut tordre ou mordre,
Nos mâchoires seront dures et nos bras prompts.

Légers, ils n’ont pas vu d’abord la faute immense
Qu’ils faisaient, et ces fous qui s’en repentiront
Nous ont jeté le lâche affront de la clémence.
Bon ! la clémence nous vengera de l’affront.

Ils nous ont enchaînés ! Mais les chaînes sont faites
Pour tomber sous la lime obscure et pour frapper
Les gardes qu’on désarme, et les vainqueurs en fêtes
Laissent aux évadés le temps de s’échapper.

Et de nouveau bataille ! Et victoire peut-être,
Mais bataille terrible et triomphe inclément,
Et comme cette fois le Droit sera le maître
Cette fois-ci sera la dernière, vraiment !

IV

Car les morts, en dépit des vieux rêves mystiques,
Sont bien morts, quand le fer a bien fait son devoir
Et les temps ne sont plus des fantômes épiques
Chevauchant des chevaux spectres sous le ciel noir,

La jument de Roland et Roland sont des mythes
Dont le sens nous échappe et réclame un effort
Qui perdrait notre temps, et si vous vous promîtes
D’être épargnés par nous vous vous trompâtes fort.

Vous mourrez de nos mains, sachez-le, si la chance
Est pour nous. Vous mourrez, suppliants, de nos mains.
La justice le veut d’abord, puis la vengeance,
Puis le besoin pressant d’opportuns lendemains.

Et la terre, depuis longtemps aride et maigre,
Pendant longtemps boira joyeuse votre sang
Dont la lourde vapeur savoureusement aigre
Montera vers la nue et rougira son flanc,

Et les chiens et les loups et les oiseaux de proie
Feront vos membres nets et fouilleront vos troncs,
Et nous rirons, sans rien qui trouble notre joie
Car les morts sont bien morts et nous vous l’apprendrons.

Последние стихотворения